Смысловые отступления от греческого первоисточника

Смысловые отступления от греческого первоисточника Немалый интерес вызывают общие для обеих славянских редакций смысловые отступления от греческого первоисточника. Так, слова Калликла: «От обморока средство — розу я даю» («Май») — замещены фразой: «Лз подаваго пшпок (розы цвет) благовонен, иже ползует в малодушие». Здесь же рекомендация греческого врача не принимать в пищу ни кишок, ни ног животных (ибо от них рождается флегма Я1, воспаляется желчь, которые озноб выбывают и Go ль в ncVax.) Ипполита соьет^м пе гсп> так- же и головы животных. 13 греческом тексте июньской эпиграммы говорится, что в шопе по утрам пе следует пить воду: от этого-до’.становится больше черной желчи и появляются болезни, ведущие к смерти. В славянском же переводе читателя напротив призывают «пить воду (каждое утро) На гладпос‘сердце» 32. В июльской эпиграмме рекомендация Калликла «в жару такую… избегать любви» (плотской) замене л а более «пристойным» советом — «бегати от снодепля овощей», еще пе успевших созреть в июле (думается, под дюна стихов не лишена полемической окраски, а возможно, и скрытою сарказма славянского переводчика). В славянской редакции эпиграммы «Ноябрь» отсутствует стих: «И журавли стремятся за посевом вслед», у Калликла представляющий собой традиционную формулу эллинистической поэзии я,

Монологи Декабря и Февраля заключают смысловые антитезы соответствующим фрагментам греческого текста. В первом из них упоминается праздник Рождества и, явно с учетом предшествующего ему поста (с 15 ноября по

23 декабря), советуется «пищу же мало приемати», «зелие же всяко бежати» (ср. то же место в греческом источнике: «Что хочешь ешь — капусты не вкушай одной, Оби лье черной желчи причинит она» :? 4). Во втором монологе Февраль восклицает (согласно славянским версиям), что он умерщвляет в людях кровь и жильц заставляя цепенеть их конечности, и примепяет в них «естество», каковое сотворяется «желтовидным» благодаря многому «студу» (т. е. половой активности). У Калликла же все наоборот:

…не страшись любви.

Я кровь, а с пой и жилы укрепляю всем;

Все усыпляю беды, облик твой сменим,

И бледность, что душевных нас лишает сил…

Перекладывая греческий текст «Стихов о 12 месяцах» на славянский язык, порою существенно преобразуя его содержание сообразно местным условиям, этико-эстетическим нормам и своим знаниям, неизвестный нам переводчик, при всем том, стремился создать универсальный труд, в котором Нашли бы попятное лаконичное отражение главные природно-климатические особенности годового цикла и хозяйственный уклад жизни, ему известной. В свете этого тяготепия к справочной упиверсальности становится ясной и его попытка показать сразу три наиболее известных в XV в. в христианском мире стиля летосчисления по юлианскому календарю: мартовский (старо- визаптийский), септябрьский (с индиктпым счетом лет) и, наконец, стиль январский.

Изложенные наблюдения позволяют заключить, что авторы сербской и русской редакций «Стихов о 12 месяцах» не являлись простыми копиистами от литературы. Для своего времени это были, бесспорно, высокообразованные писатели, не лишенные склонности к ученой поэзии

и,  как нам представляется, разделявшие усилия видных литературных деятелей, вроде Димитрия Кантакузина, направленные На преодоление сухой ветийско-Наиегирической традиции «плетения словес».

Читайте так же:

Последние публикации

Оставить комментарий

Карта
rss
Карта